275 Я ничего не имею против России. С 2008 по 2019 год я практически без остановки работал здесь честно, кормил свою семью. Большинство моих родственников живут в России. Как я мог пойти на то, в чем меня обвиняют? На каком основании следствие утверждает, что я с кем-то договаривался? Где доказательства, переписки, звонки о подготовке взрыва на Крымском мосту? Я не появился в Армавире из ниоткуда. Я следовал законным маршрутом, прошел шесть таможенных постов, дважды рентген-контроль в Армении. Девять дней я не отходил от машины, жил в ней. Хочу напомнить о месте, где я живу, — Ахалкалаки. Там до 2007 года располагалась 62-я российская военная база. Мы жили с русскими как одна семья. Меня с детства учили, что русские нам роднее многих. Все памятники у нас на русском языке. Я не знаю, как еще доказать, что я не враг русского народа. Россия — это часть моей жизни, я оставил здесь свою молодость. Да, я не гражданин России, но я всегда был законопослушен. За все годы работы у меня не было проблем с законом, все документы были в порядке. Я отъездил по России около миллиона километров без единого ДТП. За сорок лет жизни я никому не причинил вреда, и вдруг меня называют террористом. С позволения суда, обращусь к господам прокурорам. С уважением спрашиваю: если вы читали дело, как можно было не истребовать от следствия данных о других причастных? Грузия, понятно, не выдаст логиста, диспетчера Софи, грузчиков в Поти, таможенника, брокера. Но Армения могла бы выдать тех, кто участвовал в оформлении и осмотре груза. А где показания заправщика, шиномонтажника, тех, у кого я останавливался? Получается, позвонили мне — я сам пришел. Один «террорист» пойман, можно ставить точку. Грузины говорят, что фура уехала чистой, армяне — что уехала чистой. Интересно, откуда тогда все это оказалось в моей машине, если оно было в прицепе? Я не отрицаю, что видел погрузку. Но в мою машину не грузили ничего похожего на то, что показывают по телевизору при погрузке военной техники. Ничего подозрительного рядом не было. В нашей работе маршруты часто меняют. Если бы из Армавира меня направили в другое место, я бы поехал. Мне все равно, куда ехать, это лишь больше заработок. На документах было указано место выгрузки — Краснодарский край, г. Армавир. Софи прислала в мессенджере визитку с точным адресом и телефоном получателя. С 9 по 12 октября 2022 года я жил в Симферополе в гостинице «Москва» за свой счет. У меня были деньги и паспорт, я не думал о побеге. Каждый день я давал показания и помогал следствию. Следователи из Крыма и Москвы говорили, что мне «придется немного посидеть», пока все не выяснят. Прошло больше трех лет. 12 октября 2022 года следователь Кузнецов при аресте заявил: «Вы знали, что на фуре 10 тонн взрывчатки». Откуда он это знал до экспертиз? Но в деле так и написали. Остальные следователи просто действовали по этой версии. Может, так и надо было, чтобы держать в тюрьме? Я не понимаю смысла этих мучений. Мне кажется, и следователи, и ФСБ, и прокуратура, и Вы, уважаемый суд, — все меня понимаете. Я 12 лет жил и работал в РФ, не видел от народа и государства ничего плохого, и сам ничего плохого не делал.