Следователь Куницын, а в дальнейшем и государственный обвинитель, так и не установили принципиальную разницу между двумя типами оборудования: изъятым у меня и обычным GSM-шлюзом, который мне не принадлежал и не использовался. Мне упорно и бездоказательно вменяется использование именно обычного шлюза в связке с ноутбуком Samsung и программой «SimCell Gateway», которые я не применял для работы с моим оборудованием. Более трех лет сторона обвинения не предприняла усилий, чтобы понять, с каким именно оборудованием я работал и как оно функционирует. Как можно выдвигать обвинения, не разобравшись в элементарном принципе работы устройства, для которого не требуются ни указанный ноутбук, ни программа «SimCell Gateway». Этот обвинительный уклон особенно ярко проявился в категорическом отказе следователя и прокурора провести экспертизу сайта «Онлайн-сим». Данная экспертиза могла бы дать однозначный и объективный ответ на главный вопрос дела: по какому алгоритму распределялись номера. Мне более 10 раз было отказано в этом ходатайстве, что лишило следствие и суд возможности установить ключевой факт. Игнорирование этой возможности говорит о стремлении сохранить обвинительную версию любой ценой. Меня обвиняют в ужасном преступлении, в котором я не участвовал, не мог участвовать и даже не мог предположить его возможность. Я обычный человек из Липецка, всю жизнь проработавший сварщиком, монтажником, установщиком. Я жил честным трудом, не имел влиятельных связей, крупных денег или интереса к чьим-либо играм. Мое главное увлечение - рыбалка. Я воспринял сервис «Онлайн-сим» исключительно как возможность дополнительного заработка. Я действовал строго в рамках правил, установленных компанией: зарегистрировался как партнер, приобрел необходимое оборудование и выполнял техническую функцию подключения сим-карт. Я не выбирал клиентов, не знал их целей, не имел доступа к их данным. Система работала автоматически. На моем месте мог оказаться любой другой партнер - это вопрос случайности, а не злого умысла. Я не скрывался, не оказывал сопротивления. При проведении обыска я добровольно и активно помогал сотрудникам, показывал оборудование, нашел и передал запрашиваемую сим-карту, предоставил всю технику и пароли. Я шел на контакт, потому что был уверен в своей невиновности и верил, что следствие разберется. Вместо этого через несколько дней я из свидетеля превратился в обвиняемого по тяжкой статье, без доказательств, без внятных объяснений, вопреки всякой логике. Три года в СИЗО — это потеря семьи, работы, здоровья. Моя престарелая мать осталась в одиночестве. Мой сын растет без отца, не понимая, за что его лишили. Все это — трагическая цена за случайный номер, который автоматически выдала система, полностью исключающая мое влияние. Следствию с самого начала было известно, что я не управлял распределением номеров. Об этом четко сказал представитель компании. И тем не менее, я остаюсь в заключении. Я стал заложником технического непонимания и системной ошибки.