301 возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий террористического акта предполагает предвидение того, что совершение преступления вызовет страх у населения, возникнет опасность гибели человека, возникнет опасность причинения значительного имущественного ущерба, наступление иных тяжких последствий, и это в результате приведет к дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо будет оказано воздействие на органы власти или международные организации. Желание лица в наступлении тяжких последствий террористического акта означает, что совершение указанных деяний общеопасным способом, оно стремится к определенным целям — дестабилизация деятельности органов власти или международных организаций либо воздействие на принятие ими решений. В данном контексте очень важен мотив, как составляющая субъективной стороны, хотя и не являющийся квалифицирующим признаком деяния. Тем не менее, в соответствии с п.п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ мотив преступления подлежит обязательному выяснению в ходе предварительного следствия, а значит и установлению в ходе судебного следствия. А такого мотива у Артема Азатьяна нет. Он является предпринимателем. Лояльным к политике РФ. Ни один из свидетелей не показал, что хотя бы когда-нибудь А.С. Азатьян высказывал антироссийские мнения или поддерживал в текущем конфликте Украину. Не добыто таких доказательств и в ходе иных следственных действий – обследования цифровой техники, обысков и т.д. В ходе судебного следствия государственное обвинение опровергло собственными доказательствами версию о причастности Азатьяна А.С. к совершению инкриминируемых деяний. Тем более, в составе организованной группы. Вовлеченность в события собственными действиями без соответствующего информирования не означает причастности к совершению деяния. Такое лицо, заранее не осведомленное о преступлении, имеет другой процессуальный статус - свидетель. Если следовать логике следствия и государственного обвинителя, к уголовной ответственности в составе единой группы должны быть привлечены: - сотрудники таможенной службы, как обеспечившие беспрепятственное пересечение границы транспортным средством с особо-опасным грузом (взрывчатым веществом), предназначенным для совершения теракта. - сотрудники ГИБДД, пропускавшие на всем протяжении пути от границы транспортных средств с особо-опасным грузом. - сотрудники АЗС, осуществлявшие заправку транспортных средств с особо-опасным грузом, что способствовало их передвижению к месту теракта. Список можно продолжать долго, включив в него даже уставших служебных собак, которые не почуяли из-за усталости запах взрывчатого вещества, укрытого внутри бобин с полиэтиленовой пленкой. Кстати, у меня как у защитника невиновного возникает законный вопрос. Где хотя бы одно уголовное дело в отношении сотрудников государственных ведомств, по халатности которых транспортные средства с взрывчатым веществом смогли дойти от границы РФ до места трагедии. Мы все слышали показания сотрудников таможни и ГИБДД. Я полагаю, что правовую оценку их показаниям с выделением материала для проведения проверки в порядке ст. 144-145 УПК РФ как минимум, по ч. 3 ст. 293 УК РФ, в данном случае обязан