Гражданского кодекса РФ, Федеральным законом № 87-ФЗ, и прецедентной практикой Верховного Суда РФ. Это делает всю конструкцию обвинения в части возложения на него ответственности за незаконный оборот взрывчатых устройств (ст. 222.1 УК РФ) несостоятельной. ________________________________________ II. Субъективная сторона обвинения в террористическом акте (п. «б» ч. 3 ст. 205 УК РФ) Обвинение настаивает на квалификации действий подсудимого как террористического акта, повлекшего тяжкие последствия. Однако, состав преступления, предусмотренного статьей 205 УК РФ, является преступлением с особо тяжкой субъективной стороной, требующим наличия прямого умысла и специальной цели. 2.1. Обязательный признак – Прямой Умысел и Специальная Цель Согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 09.02.2012 N 1, цели дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо воздействия на принятие ими решений являются обязательным признаком террористического акта. Сторона обвинения обязана была доказать, что Антипов О.А. осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления тяжких последствий в виде взрыва и гибели людей, и желал наступления этих последствий или относился к ним безразлично, действуя при этом с целью воздействия на органы власти. Однако, стороной обвинения так и не предоставлены доказательства того, что Антипов осознавал, что участвует в террористической деятельности, а именно: Знал об организации перевозки какого груза ему необходимо было осуществить; Знал, что данный груз направляется на Крымский мост; Знал, что там находится СВУ и осознавал, что оно должно взорваться.