302 сделать суд, если следственные органы по какой-то причине оказались не в состоянии самостоятельно оценить их бездействие. Здесь же хочется отметить интересный факт. Все подсудимые указывали, что им проводились исследования на полиграфе. Не обошло такое исследование и Артема Азатьяна. Причем оно было произведено ему не единожды. Результат такого исследования известен – аппаратным методом причастность Азатьяна А.С. к инкриминируемому деянию подтверждена не была. Свидетели обвинения (сотрудники предприятия Азатьяна А.С.) также подтвердили, что ему проводились психофизиологическое исследование. Однако из материалов уголовного дела его результат изъят, а на ходатайство защиты об истребовании в следственном органе результатов исследования суд ответил отказом, так как такие материалы не могут являться доказательством. Однако, как иные письменные материалы (в т.ч. направляющие ход расследования) результаты исследования на полиграфе, несомненно, представляют интерес для настоящего дела, так как подтверждают фактическую непричастность Артема Азатьяна к инкриминируемым деяниям. К сожалению у меня есть основания полагать, что при отрицательном результате исследований на полиграфе эти материалы были бы сохранены в уголовном деле вне зависимости от допустимости такого доказательства. При таких обстоятельствах такие важные элементы инкриминируемых деяний, как из субъективная сторона, в действиях Артема Самвеловича Азатьяна отсутствуют. Это обстоятельство должно влечь применение к нему положений п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ – прекращению уголовного дела за отсутствием в его действиях обоих составов преступлений. Вопреки требованиям закона, государственным обвинением суду не представлено достаточных доказательств о наличии предварительного сговора между Азатьяном А.С. и другими лицами, в т.ч. неустановленными, о распределении ролей, в т.ч. роли А.С. Азатьяна в инкриминируемом деянии, наличие такого сговора не следует ни из показаний потерпевших и их представителей, свидетелей, данное обстоятельство также не усматривается из иных доказательств по делу и является предположением следствия и государственного обвинения. Согласно ч. 3 и ч. 4 ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу последнего; обвинительный приговор не может быть основан на предположениях. Из положений ст. 297 УПК РФ следует, что приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым. По смыслу закона приговор признается таковым, если суд при его постановлении исходил из материалов дела, рассмотренных в судебном заседании, сделал выводы на установленных им фактах, правильно применил уголовный закон. Согласно ст. 15 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон, а в силу положений ст. 240 УПК РФ выводы суда, изложенные в описательно-мотивировочной части приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должны быть основаны на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании.