Азатьян Г.С., Терчанян, Былин могут скрыться от органа предварительного следствия или суда, принять меры к сокрытию предметов и иных следов преступлений, не обнаруженных и не изъятых в ходе следствия, а также иным путём воспрепятствовать производству по уголовному делу. Исходя из этого, изменение Азатьяну А.С., Азатьяну Г.С., Терчаняну, Былину меры пресечения на иную, в том числе и на домашний арест, о котором просили обвиняемые, повлечёт существенное снижение эффективности мер контроля, позволит им выйти и контакт с предполагаемыми соучастниками, создаст условия для уничтожения доказательств и незаконного воздействия на участников уголовного судопроизводства, а также даёт им общую возможность противодействовать объективному разрешению уголовного дела. Сведений о препятствиях медицинского характера к дальнейшему содержанию обвиняемых под стражей в условиях следственного изолятора, равно как и сведений о наличии у них тяжёлых заболеваний, включённых в соответствующий перечень Постановлением Правительства Российской Федерации, суду не представлено. Из содержания медицинских сведений, представленных из следственного изолятора, следует, что состояние здоровья обвиняемых расценивается врачами медицинской части СИЗО как удовлетворительное. Представленные органом следствия материалы подтверждают наличие обстоятельств, свидетельствующих об особой сложности уголовного дела и необходимости данного случая продления срока содержания под стражей. Нарушений уголовно-процессуального законодательства при проведении предварительного расследования, влекущих незаконное содержание обвиняемых под стражей, несоблюдения положений ст. 6.1 УПК РФ, не усматривается. Длительное пребывание обвиняемых в условиях изоляции от общества не противоречит требованиям ч.3 ст.55 Конституции Российской Федерации, предусматривающей ограничение федеральным законом прав и свободы человека и гражданина и в той мере, в какой это необходимо в целях защиты прав и законных интересов других граждан и организаций. В данном случае, учитывая общий срок содержания обвиняемых под стражей и наказание, предусмотренное уголовным законом за совершение инкриминируемого деяния, принимая во внимание общественные отношения, являющиеся объектом данного деяния, и характер наступившие последствий, суд приходит к выводу о соразмерности применённой меры пресечения предъявленному обвиняемому, а также о том, что в данном случае общественные интересы, в частности, связанные с расследованием, превосходят важность принципа уважения личной свободы, и срок содержания под стражей является разумным, справедливым и отвечающим назначению уголовного судопроизводства.